Карбалевич: Власти перешли от борьбы с оппозицией к войне со всем обществом

Фото: Геннадий Веретинский Неоправданная жестокость белорусской власти, продемонстрированная 25-26 марта, может только усилить протестную волну в Беларуси.

В интервью Thinktanks.by эксперт аналитического центра «Стратегия» Валерий Карбалевич подчеркивает, что по событиям 25-26 марта пока еще сложно делать прогнозы, но предварительный анализ совсем не убеждает, что власть достигла положительных для себя результатов жестоким разгоном Дня Воли.

— Мы видим, что власть хочет общество запугать, та жестокость, которая проявилась 25 и 26 марта, - демонстративна, она намного превышает предел необходимой обороны. Власть явно желает загнать общество обратно в ту ситуацию страха, в котором оно пребывало до 2015 года. Полтора года косметической либерализации чуть-чуть расширили пространство свободы, общество этим воспользовалось. Власти, в свою очередь, это поняли, испугались и теперь пытаются ситуацию вернуть в исходное состояние. Получится ли? Трудно сказать. После президентских выборов 2010 года это удалось. Сейчас — непонятно, при этом надо учесть, что сейчас все-таки другая ситуация в стране. С одной стороны,

Беларусь находится в состоянии социально-экономического кризиса, это новое явление для нашей страны. Общество ощущает кризис всей белорусской модели: это не только социальный кризис, не только экономический, это — кризис идеологический, психологический, то есть общество начинает осознавать, что оно оказалось в тупике,

в ситуации начала 90-х годов после краха Советского Союза, когда рухнула вся прежняя система, система мировоззренческих координат, рухнула картина мира. Дадут ли сейчас репрессии эффект, ожидаемый властью, пока непонятно.

Сейчас иные, чем в 2010 году, отношения с Западом. Тогда западный мир реагировал очень жестко, сейчас — мягко, ведь геополитика вытеснила проблему ценностей, проблему прав человека. Для Запада геополитическая ситуация в регионе крайне важна, кроме того, у него сейчас полно своих собственных внутренних проблем.

Кроме того, мы не знаем, какую экономическую политику будут проводить белорусские власти. Может быть, сохраняя политику репрессий, власти приступят к экономическим реформам — такое ведь бывало в истории. Классический пример — российский глава правительства Петр Столыпин, который, с одной стороны, подавил революцию 1905 года, с другой, пытался провести экономические реформы. Может быть, сочетание экономических реформ и жесткое подавление инакомыслия, уличных выступлений, укрепит власть.

Но пока мы в ситуациию, когда больше вопросов, чем ответов.

— Накануне Дня Воли многие политологи прогнозировали спад протестной активности перед летом. Вы согласны с таким мнением?

— Если бы власти никого не трогали, не действовали с такой неоправданной жестокостью 25 марта, то, действительно, после Дня Воли все протесты в Беларуси могли пойти на спад. Кроме того, у нынешних протестов есть специфика, отличная от специфики акции 19 декабря 2010 года. Тогда было противостояние власти и оппозиции под чисто политическими лозунгами, сегодня протесты носят экономический характер. Люди, которые выходили и выходят на улицы многих городов, выражают интересы широких слоев населения. Власти трактуют всех, кто выходит на улицы, как врагов, то есть сейчас власти ведут войну не с оппозицией, а с широкими слоями общества — и это тоже меняет ситуацию.

— Высказывается мнение, что от разгона Дня Воли выигрывает только Москва, дескать, после охлаждения отношений с Западом, неизбежных после зачисток мирных выступлений, Минск будет вынужден вернуться под полный контроль Кремля.

— Пока Москва никак не присутствует в белорусских событиях, пока вообще в стороне. Кремль еще не пошел навстречу Минску в результате событий, как это было во время выборов президента в 2010 году. Московский фактор присутствует пока чисто в абстрактных рассуждениях, не подтвержденных никакими фактами, действиями, событиями. Хотя с белорусской стороны какие-то попытки сближения с Москвой в последних действиях власти можно усмотреть. Когда акции «тунеядцев» только начинались, Александр Лукашенко намекал, что за ними стоит Москва, в последнее время он кардинально поменял свою позицию, заявляя, что за протестами стоит Запад. Но я бы пока с выводами о российском факторе повременил.

***

Нет комментариев

Оставить комментарий




Самые обсуждаемые